Составитель: Ю. П. Зарецкий Общая редакция: А. А. Сванидзе - страница 7

ЗАПИСКА

1. В 153-м году1 прииде ми грешному помысл, яко время жити ми житием чистым и богоугодным, от некоего искуса, попущеннаго на мя от Бога, и не осквернити ми души и тела, и вина не пити, и никаково пияново пития. И тако обещахся Христу, из мира изыдох, и приидох в Соловецкой монастырь, и пребых белцем2 7 лет, и приях святый иноческий образ на ся от архимарита Илии3. И паки4 пребых в послушании5 5 лет, и всех же 12, незазорно и неукорно от человек, чистою совестию. Пред Богом и человеки похвалитися не ползует6 ми. И во 162-м году, или третием7, егда грех ради наших воздвижеся гонение на православную християнскую веру по всей Русской земли8, и в то время в Соловецком монастыре благоговейнии христолюбивии мужие начаша тужити и горко плакати, глаголюще: «Горе нам, братие, яко в лета наши волк лют облечеся во одежу овчую, да украдет и погубит души християнския!». И аз, многогрешный чернец9 Епифанец, слышах та словеса, и видех христолюбцов тех преподобных отцев плачющихся, и аз с ними плакахся.

2. Благословением же и советом их изыдох в пустыню10 далнюю и приидох яко 4 ста поприщ11 на Онего езеро, на Суну реку, на Виданской остров12. Живяше же ту некий брат13 старец немалое время един, и прият мя14. Бес же лют в келии его живяше, и многи пакости ему творяше всякими образы: давляше и мучаше его, овогда15 же устрашаше. И некогда старцу отшедшу, обнощеваша16 ту в келии его два некая белца и успоста. Бес же единаго взем, емуже имя Иван, изнесши в сенцы, зле умучи, еле жива поверг17. Человек же той рукою год не владел. И другаго, бив, удавил, роспух же человек той, и кожа треснула на нем. Старец же той имяше другую келию и живяше. Аз же, по благословению старчю, внидох18 с образом Пречистыя Богородицы, имже мя благословил келейной брат в Соловецком монастыре, егда в пустыню поидох, в ту старую келию, идеже нечистый дух живяше. И кадило взем покадити: прият19 же меня трепет и ужас неисповедим, и едва в себе приидох и помолихся. И тако благодатию Христовою девятимесячное время безпакостно препроводих20.

3. Восхотежемися21 изыти во иное место и жити в безмолвии: бе бо ко брату тому приход мирским людем и молва немала22. Испросих от него благословение и местечко под келейцу вдалее яко полпоприща, и сотворих келейцу малу, и внесох с потщанием23 тойже пречистый образ и помолихся, рекущи: «О, свете истинный, Христе Боже, и Пречистая Богородица, упование и надежда моя! Сохрани и соблюди, и спаси мя сим честным и святым своим образом, грешнаго раба своего, и келейцу твою и мою, аз бо иду паки к брату». Се же рек, и изыдох, и пребых у старца два дни, некотораго ради труда братня24.

Огонь же прииде от пустыни до келейцы моей, мне не ведущу, и попали всю, и верх по потолок, и приготовленой лес на сенечки25 пожже.

Возвратихжеся в третий день, и не дошедши, зрю келейцу опалену, без верха стоящу, и ужасохся, стах на едином месте и проплаках, сице глаголющи: «Не добра ли тя стража избрах, да почто не сохранила еси, о Пресвятая, своим честным и святым образом келейцы моей!

Се мне ныне грешному камо ся дети26, где прибегнути27 и молчанию научитися? – по преподобному Ефрему28, безмолвию бо мати пустыня, и рыбам живот вода, мнихом29 же безмолвие; где же и от человек уединитися и зрети ко Единому, по святых отец речению?». И идох в печали ко огорелой келейце и дивихся, како не вся згорела: сухое бо летнее время. Внутрь же ее все цело, и святый Богоматере образ стояше. Соградив30 же сенечки, сеча лес, и седох в молчании, еже душа моя вожделе, един уединен, ко единому Богу мысленно зря, и поучаяся во псалмех и молитвах по силе моей, тако ж и ручное дело31, да пищу себе приобрящу.

5. И по малех днех, внощи, в келейцу мою начаша приходити беси и ужасати мя, и устрашати. Аз же прилежнее молихся, а они лютее притужаху32 ми, нападающе давляху, и почити ми не дадяху. И некогда утрудихся, возлег, и скоро в келейце восия свет и дверцы отворишася, 2 беса внидоша и посмотриша, и вспять возвратишася, и двери затворишася. Помышляющю же ми, на одре моем седя, что ради скоро беси возвратишася. Сердце же мое не оскорбися, но яко мастию33 помазано. И тако зрю чюдо преславно: на мышце моей десней34 утвержашеся святый Богоматере образ, от меди сотворенный, воляшной35, с превечным Исусом Христом младенцем, с нимже приидох в пустыню. Аз же востах с подшанием на нозе, надеяхся восприяти хотех; обретежеся по-прежнему на своем месте. Зело же во удивлении быв, помолився в ту нощь, и оттоле не видех бесов.

6. И егда исполняшеся годишное время, как тут седох, паки приидоша два беса в нощи, и не мучат мя, но потрясают одр мой, не дающи ми покоя. И один обнажи себе, приступи близ ко мне. Вскочив же аз, и емь36 его рукама моима по середине его. Бес же нагий в руках моих согнувся вдвое, и бысть яко мясище некое. Биях же его о лавочку, вопия: «Господи, помози ми, Господи, помози ми! Пресвятая Богородице, помози ми!». А другий бес отдалече стояше и бежати хотяше, но не можаше. Утрудихжеся тако бия беса, и яко от сна возбнув37, отдышахся, и руце мои бе мокры от мясища бесовскаго, а беси исчезоша.

Паки некогда в нощи возговориша громко под оконцом моим: приезде бо бысть бесом на двоих конех и на двоих санех. Прискочив же един сурово, и ят38 мя за горло крепко; аз же едва возопих: «Богородице, помилуй мя!». Он же исчезе.

7. Велик бо мя студ и срам содержит написати, но паче39 напишу безверство мое ко святому Филиппу митрополиту40. Имех у себе два канунца41: един чюдотворцем соловецким, а другий Филиппу, и по вся дни прочитах в келейном правиле42, но един с маловерием, еже есть Филиппов, отнелиже43 и в пустыни седох. Еще же помышлях отлучити Филиппов канон и не пети его. И тако пребых, боряся с помыслом, содержим маловерием ко святому. И некогда в нощи явимися святый Филип, гневаяйся на мя. И аз на землю падох, поклонихся ему. Он же пребывая гневаяся. И зрю с ним чюдотворцев соловецких Зосиму и Саватия44, и иных многих, молящихся о мне, да простит мя, глаголюще: «Прости, отче, его, и исправится он». Святый же и прости мя, рек: «Бог простит тя!».

8. Паки иногда помышлях аз, многогрешный чернец Епифанец, помногу, како бы ми избыти вечныя муки, а получити бы царство небесное, и о сем печаловахся и скорбех много. И некогда в нощи зрю друга своего любимаго и брата, паче же отца, преподобнаго Ефросина45 пустыннолюбнаго, Андомския пустыни жителя, от мертвых воставша. Аз же объем его руками моима с великою радостию, и начах вопрошати о вечных муках и о царствии небесном: «Повеждь ми, глаголя, господине отче, Господа ради, како тамо на оном свете царство небесное, како муки вечныя?». Он же ми рече: «Друже и брате Епифане! Молися прилежно Пречистей Богородице, и избудеши от всех злых и приимеши благая от руки Господни». И возбнув, обретох сердце мое обрадованно.

9. Во 173-м году46, до Покрова за две недели, возлегшу ми почити, и не сведохся в сон47. Скоро отверзошася дверцы и бес вскочив лют, и ят48 и согнув мя вдвое, и немилостивно мучаше и давляше мя. Аз же мнех49, яко кончина есть то мне: не даде бо окаянный ни гласа испустити, ни Божию помощь призвати на долзе времени, ни Пречистой Богородицы. И едва изрекох: «Святый Николае, избави мя!». И тогда, оставл, исчезе от мене. Аз же еле жив обретохся на одре моем, ни двигнутися могий, едва отдышахся (простите ми), начен50 глаголати от невежьства моего, паче же от болезни, ко Пресвятей Богородицы, зря ко образу ея: «О, Пресвятая Богородице, владычице моя! Почто презрела еси и не брежеши мя раба твоего! Виждь, Пречистая Богородице, свет моя, яко вмале окаянный диявол, лютый разбойник, не погубил мене, а ты о мне не радиши51! Аз, многогрешный раб Твой, Христа ради изыдох из мира, и оставих вся красная и сладкая, братию и други, и изволих паки тесный, уский и прискорбный путь, и возложих упование мое все на Христа Бога моего и на Тебе, света, и внидох в пустыну сию работати, да обрящу покой и милость получю, зде пребывая, и благовременную помощь, и по смерти во оном веце вечную жизнь; Ты же мне, о Владычице, оставила еси и нерадиши о мне! Ей, Госпоже, не даждь погубити мя лютому велиару52, нечистому бесу и немилостивому разбойнику! Се бо впадох в руце его и лежу ранами уязвен, ни воздвигнути главы моея могу». И иная сим подобная изрекосте устне мои, и глаголаша уста моя в болезни моей53, и в сон тонок сведохся.

10. И зрю Пречистую Богородицу в ризе темнобагряной, яко девицу святолепну и благообразну, и емь рукама своима нечистаго беса, и начат мучити мучащаго мя. Мне же, прямо зрящу, дадемися от нея нечистый мертвый бес в руце мои. Аз же, мало помучив, вергох54 его за окно на северную страну. Он же абие55 оживе и пойде от келии прочь, зрящу ми нань56, рече ми: «Уже аз к тебе не буду паки, но иду на Вытергу57». Аз же рех бесу: «Не ходи, но иди тамо, идеже людей несть и человецы не водворяются». Он же идяше на южную страну.

И абие от сна возбнув, и здрав обретохся и сердце мое яко мастию помазано. И от того времени приложимися желание к желанию, еже жити ми единому в пустыни, а иногда прихождаше ми такова радость о Христе, яко мнети ми не в келии, но на небеси пребывати, понеже в забытие ми прихождаше вся земная века сего. И молящумися о благосостоянии церквей, о царе и о всем мире, прихождаше же ми помысл молитися Пречистей Богородице о умной58 молитве Иисусове59, да даст ми от нея, еже Апостол Павел твердит: «Хощу, – рече, – пять словес умом моим глаголати, да и ины пользую, нежели тмы словес языком».

11.^ Толкование Иоанна Златоустаго о умной молитве Исусов��. Первое слово Господи, второе Исусе, третие Христе, четвертое Сыне, пятое Божий: сие от святых Апостол; а еже помилуй нас святыми отцы положено. Аще кто сию молитву Исусову, требуя ея, глаголет яко из ноздрей дыхание, по первом лете вселится в него Христос Сын Божий, по втором лете внидет в него Дух Святый, по третием лете приидет к нему Отец, и вшедше в него, и обитель в нем сотворит Святая Троица, и пожрет молитва сердце, и сердце пожрет молитву, и начнет клицати60 молитву Исусову, сиречь вопити непрестанно сию молитву во дни и в нощи. И будет тот человек свободь всех сетей вражиих.

12. Аз грешный, яко же прежде рех, молихся, да пожрет сердце молитву сию: от многих бо времен желание имех. И не даст ми ся, и не получил, понеже недоумеваюся како сему быти. Во уме же имех Христова словеса, еже рече: «Просите и дастся вам, просяй бо приемлет». Ем веру сим Господним словесем, прилежнее молихся во псалмех и пениих духовных на всяко время, совершая свое правило, елико могий вместити. Пребывающу же ми тако, изнемогаше убо уд61 языка моего и не могох наполнити правила моего умереннаго. И о сем многогрешному печаль немала бысть, понеже не хощетмися от обычнаго своего правила убавити. И время прейде не мало, и в нощех со слезами молихся, да прииму умную молитву. И во едину от нощей уснух сном тонким, и абие слышу: ум мой молитву Исусову творит светло, и красно, и чудно, яко николиже тако бысть, отнелиже и родихся. Аз же возбнух и прохватихся (sic!), а ум мой, яко лебедь доброгласный, вопиет ко Господу сице: «Господи Исусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешнаго!». Аз же о сем, многогрешный, возрадовахся, яко получил прошение мое. И пребываше во уме моем умная молитва.

13. Егда же, грех ради наших, попустил Бог сатане посадити сосуда своего на престол патриаршества, врага и расколника, предотечу антихристова, окаяннаго Никона, он же вскоре посадил на печатной двор ко книжной справе друга своего, врага, жидовина Арсения62, недостойнаго нарековения чернеческаго, отрекшагося Христа трикраты, яко же сам окаянный исповеда в монастыре Соловецком. И стакався63 с ним вкупе, приискал себе подручников таковых же врагов, яковы и сами. И начаша в книги печатныя плевелы сеяти еретическия, проклятыя. И те их уложенныя книги еретическия, по действу сатанину, разсеяша по всей Русской земле по церквам Божиим на потребление веры християнския и на погубление християнскаго роду. И мнози тогда прихождаху в себе и моляху Бога, чтобы избыти от нападения вражия и не поклонитибыся прелести64, и не впасти в мерзость запустения, по истинному словеси, уклоняющеся мятежа и раздора церковнаго, боящеся антихристова пришествия, прибегающе к ко святым книгам и прочитавше Божественная Писания.

14. Прочитах убо и аз Евангельская, и Апостол, и иныя святыя книги о истинном законе християнстем, ктомуж и жития святых, и страстотерпческая борения, и подвиги о благочестии. И помолихся Богу, да подаст ми помощь, ежебы написати нужнейшая словеса о вере на ползу прочитающим и послушающим, мне же на спасение, еще же на еретическая неправославная учения, на прелесть и на раздоры церковныя, на богоборную сонмицу65, на нечестивыя соборы никониянския, и яко на цене продал Никон веру християнскую, рук ради66 по сту рублев коемуждо епископу дарствовал за молчание, кроме Павла епископа67, иже от него и убиен бысть, и о безверцах грекоримлянех, несвященных патриарских, о ихже исправлениях вси видят, яко не пастыри, а наемницы, паче же волцы. Також ми помышляющу и молящуся, явимися во сне преже почивший преблаженный архимарит Соловецкаго монастыря Илия, иже мя иногда и постриже. Аз же взем, показуя ему ведерцы рукоделия своего; он же их повелевая изнести вон, глаголя, указуя перстом на киноварницу68: се есть, рече, твое дело. Востах убо, помолихся и начах писати от божественных словес евангельских, апостольских, по чину поставляя и во уряд полагая, и из иных книг присоединяя благопотребнейшая о настоящих преже реченных глаголех. И елика дадемися помощь от Бога, и с трудом многим и зелным, вчерне первие написуя, и исправя, и набело переписав, устроих книжицу на подкрепление себе же и ближнему, сиречь правоверному, еретиком же и прелестником чревобожным, пианым мудрецем, слепым пастырем на обличение. Умыслив же и царю иную, с тое списав, подати. Аще вразумится, то благо; аще ли же ни, то аз без вины о сем69.

9966565758219413.html
9966754160000000.html
9966881872691017.html
9967084830449769.html
9967228959721997.html